Сельский голова, отводя глаза, причитал, что беда случилась от его чрезмерной доброты, переданной по наследству покойной матушкой. Три луны назад приехали, на его беду, эти непрошеные гости. 

– Самые что ни на есть обычные! Чтоб мне на этом месте провалиться! – разгорячённый выпивкой староста запнулся и начал неистово креститься, чертя символы прямо у носа собеседника. – Приехали на старой, видавшей виды телеге. Ох, и скрипу-то было! Старик лошадь подгонял, а девка, дочка его, на возу сидела, вещички сторожила. А добра-то совсем ничего – из животинки только кляча запряжённая, вся в мыле и тощая, что медведь после спячки. Дышала едва-едва и то через раз. Попросили заселиться в избу пустую за околицей, что стоит заброшенной. Халупка такая, вот-вот рухнет.

– Деревня ведь у вас большая. Что ж никто из молодёжи не хотел дом занять? Ведь легче обновить, чем заново строить, – задумчиво сказал Линкс, рисуя вилкой на столе замысловатые узоры.

– Да там лет десять никто уж не живёт, – отмахнулся голова, отхлёбывая какую-то хмельную бурду из кружки. Глаза его вконец осоловели и уже не фокусировались на госте.

– И я ж об этом, — не унимался Линкс, пытаясь докопаться до правды.

– Дураков нет! – под напором сдался староста, собрав, наконец, глаза в кучу. В голосе звучало возмущение, но тон стал приглушённым и даже заискивающим. – Понимаешь… Жил там Ян-кузнец с семьёй, но опоила ведьма его колдовским приворотом, да и зарезал всех домочадцев в подвале. Мы, как прознали, так и сожгли его с полюбовницей прям во дворе. Полыхало на всю деревню…

– Значит, место теперь дурную славу имеет? Так-так…

Линкс с огромным трудом заставил себя не расхохотаться от души. Но ведь клыки, которые он подтачивал, всё равно не скроешь, да и доверчивого старосту можно обидеть. Тогда и гонорара не взыщешь. История самая обычная, рядовая, так сказать. Натворят сначала дел по своей темноте беспросветной, а потом только хуже становится. Ведь не все вопросы оружием решаются, надо и обряды проводить очистительные, чтобы нечисть убить.

– Очень дурную, – мрачно согласился чуть протрезвевший толстяк. – Ночью вой по всей деревне слышится, а вокруг ничего живого, кроме чертополоха и не растёт…

– Эмма, где ж ты, едрить твою налево! – раздался громкий рык хозяина пивнушки, будто он хотел, чтобы его услышали в соседней деревушке.

В ту же секунду вбежала, как быстроногая лань, смазливая пышногрудая девица, ловко держа в руках огромный поднос с кучей тарелок, привычно ногой прикрывая за собой дверь. Линкса аж передёрнуло от резкого запаха всевозможных яств. Его чувствительное обоняние, в сотни раз более тонкое чем у обычного человека, итак едва сдерживало всю вонь таверны. В помещении хоть топор вешай: дух табака, бормотухи и потных тел смешался в один миазм, от которого кружилась голова. А ещё эта еда, брр! Даже окошко, где он расположился, не спасало, оттуда несло конюшней…

В это время Эмма внимательно рассматривала гостя, окидывая его оценивающим взглядом своих небесно-голубых с пышными ресницами глаз. Видимо, она представляла его совсем другим. Естественно, в деревне слухи распространяются быстро, и уже каждый знал, что сельский голова беседует с известным охотником за нечистью. Она-то думала, что увидит громилу-богатыря, а он вон какой…

Линкс был среднего роста, худощав и изящен. Единственное, что выделяло его из толпы – это длинные, собранные в хвост волосы, необычного медового оттенка. Лицо с острыми скулами, нос с лёгкой горбинкой, постоянно морщившийся от резких запахов. Он выглядел слишком молодо с гладко выбритыми щеками и лёгкой полуулыбкой на губах. Но вот глаза, тёплого янтарного цвета, завораживали своей необычной красотой.

– Так что ж ты старика с дочкой в эту плохую хату пустил-то? – поинтересовался Линкс, провожая пристальным взглядом ладную фигурку Эммы.

– Так чего ж не пустить? Вроде, приличными показались. Да и денежек наскребли по сусекам, отблагодарили… А что дом такой? Старику ведь помирать скоро, да и девка, хоть молодая, но чахлая на вид, бледная и худющая, что смерть. А мы бы добро их того… Поделили б или продали, могилки б добротные справили, – с разочарованием в голосе объяснял свою «добросердечность» староста, глубоко вздохнув и всем видом показывая скорбь и горечь потери. – А они, злодеи проклятые, чёрными колдунами оказались, – толстяк с удвоенным энтузиазмом начал чертить кресты в воздухе, попеременно плюя через левое плечо. 

Некроманты или чёрные колдуны, как их звал простой народ, уважением, ох, как не пользовались. Переубедить, что не так уж они страшны и опасны, жителей деревень невозможно. На самом деле лишь изредка появлялся безумец-некромант, жаждущий или весь мир захватить с помощью скелетов, или убить всё живое на земле. 

Обычно же чёрные колдуны в людские дела не вмешивались вовсе. Сидели они в своих алхимических подвалах и искали эликсир бессмертия для себя же. Только иногда выходили на свет по приказу Ордена из-за магических аномалий. Такое периодически случалось раз в десять-пятнадцать лет. Причина Линкса мало интересовала, вернее, он так и не понял всего объяснения. Последствия аномалий всегда были одни и те же – восставшие с погостов мертвецы, бесчинствующие в деревнях. Тогда и выходили те самые некроманты, чтобы одним движением руки остановить засилье нежити. 

К сожалению, непосвященные обычные люди твёрдо верили, что эти самые чёрные колдуны нечисть и попризывали.

Собственно, здесь, по мнению головы, именно такое и случилось. Дали приют, обогрели, а отблагодарили их по-чёрному. Самым странным в разговоре, что крайне озадачило Линкса, показалось то, что нечисть селяне так и не определили. Хотя что-что, а это они уж точно умели, ведь столько суеверий и легенд хранит простой народ, что даже сам Орден может позавидовать. А здесь и предположений нет, совсем никаких. Охотнику за нечистью связываться с чем-то неведомым, неизвестным доселе, никак не хотелось. Ведь одно действовать по налаженной схеме, а другое – искать выход самому…

Продолжение следует…
0
3

Автор публикации

не в сети 4 дня

IRBIS

2 967,01
Любознательна и любопытна, иногда чересчур...
Комментарии: 0Публикации: 373Регистрация: 24-09-2018