»Первое задание Херувима (Часть 5)

Первое задание Херувима (Часть 5)

Первое задание Херувима (Часть 5)
Представляю вашему вниманию очередную историю-фанфик по вселенной «сталкера». Является продолжением «Высокого южного неба». Давящего агнста здесь не будет. Скорее, попытка описать процесс превращения обычного человека в маньяка и психопата. Насколько у меня это получилось, станет ясно в конце рассказа.
Положительных героев в рассказе нет. 
Предупреждение!
Будет много нецензурной лексики, ибо без нее эти персонажи жить не могут :-D. Так же присутствуют насилие, алкоголь и курение.
Впечатлительным, несовершеннолетним и моралистам читать сей опус крайне не рекомендуется!

Первое задание Херувима (Часть 4)


Проснулся Вим в состоянии, близком к полуобморочному. Казалось, что голова сделана из чего-то тяжелого и гулкого — стукни и зазвенит. Во рту как будто стадо кошек отметилось. Чикатиллыча рядом не было. Спасибо хоть, будить не стал. Взглянув на часы, Вим с удивлением обнаружил, что проспал до обеда. Рядом обнаружилась упаковка таблеток от головной боли и начатая бутылка с водой — опять Чик заботу проявил, видать, не протрезвел спросонок. Кое-как поднявшись, Вим сполз с нар и поплелся в сторону бара. 

За стойкой стоял другой человек, что немного усложняло дело. Посмотрев на помятого парня, бармен молча поставил перед ним стакан с огуречным рассолом и рюмку водки.

— Спасибо, но мне заплатить нечем. Разве что в долг.

— У тебя приятель такой долговязый, с перебинтованной башкой? Он с утра зашел, оплатил тебе завтрак с обедом и просил передать, что его до вечера не будет. Наслаждайся, белобрысый. — С этими словами он грохнул на стойку миску остывших слипшихся макарон с тушенкой. 

— А кофе нет? Или хотя бы, чаю?

— С утра было. А специально для тебя одного возиться не стану. 

— И на том спасибо. 

Перебравшись за стол, Вим долго держал в руках рюмку — его мутило от одного только запаха алкоголя, но легенда требовала подтверждения действием. Молясь, чтобы желудок снова не подвел, он опрокинул в себя рюмку и тут же припал к стакану с рассолом. Подкативший было к горлу комок провалился в желудок, по телу прокатилась волна болезненного жара, и все стихло. 

Он постоял у стола минуть пять, прислушиваясь к своему организму, но так и не смог запихать в себя остывшие жирные макароны. В итоге он вернул миску бармену и отправился бродить по лагерю в надежде узнать что-то новое по вверенному им с Чиком делу, и, возможно, куда делся он сам. 

У горевшего посреди лагеря костра сидело несколько сталкеров. Вим попросил разрешения присоединиться и присел на край бревна рядом с бренчавшим на гитаре бородачом в потасканных трениках и тельняшке, поверх которой был накинут засаленный бушлат.

Некоторое время он просто сидел и наслаждался теплом и музыкой, не блатняком, а самой настоящей классикой — бородач довольно неплохо исполнял «Лунную сонату» Бетховена. 

Публика у костра собралась благодарная, хоть и немногочисленная. Помимо гитариста, которого, как позже выяснилось, звали Хома, у костра сидел худощавый мужик лет пятидесяти, представившийся Чагой, и двое парней чуть постарше самого Вима, назвавшиеся Чуком и Геком, и являвшиеся родными братьями.

— А тебя как звать, молодой? — поинтересовался Чага.

— А меня пока никак. Я недавно здесь. Так что зовите просто Ваней.

— Ты один сюда пришел?

— Да, — снова соврал Вим. — Вернее, в Зону один. А вчера мы с одним мужиком во время выброса в одну нору спрятались. Это он меня сюда привел. 

— А как зовут мужика?

— Он мне не представился. А сегодня с утра ушел. Что теперь дальше делать, не знаю. В баре мне сказали, что он вечером должен вернуться.

— Должен, не должен. Ты даже имени его не знаешь, парень. А то, что водку вместе пили, еще не значит, что друзьями стали, — назидательно изрек Хома и снова принялся наигрывать что-то классическое.

— Ты был вчера в баре? — перебил его Вим.

— Был. Видел я и тебя, и приятеля твоего забинтованного. Ты поосторожнее с ним будь, если вернется. Уж больно на упыря похож. Такой горло перережет и дальше пойдет, как ни в чем не бывало.

— Да рожи-то у нас у всех не ангельские, — усмехнулся Чага. — Взять к примеру, тебя, ты ж со своей шевелюрой на йети похож. Как еще не подстрелили в лесу? Ах да, одежа-то человечья. Да и ствол, гитара…

Все, включая самого Хому, засмеялись.

— А своего собутыльника ты особо не жди, — продолжил гитарист. — Он с утра с Цаплей на Дальний хутор отправился. Там, говорят, в последнее время какая-то нечисть поселилась: воет кто-то днем и ночью, кругами водит, следы запутывает. Одним словом, мистика творится. Есть люди, готовые заплатить за раскрытие этой тайны. Причем деньги немалые, вот и находятся любители легкой наживы. Только место это гиблое. И никто оттуда еще не возвращался.

Первым хрюкнул от смеха Гек. К нему присоединился брат. Последним засмеялся Хома.

— Поверил, Ваня? Да нет там никакой нечисти. Просто Дальний хутор — вотчина Жорика Раптора. Там самые отъявленные отморозки собираются. И твоему упырю там самое место. Вряд ли он станет за тобой возвращаться. А если и придет, идти с ним не советую. Участь отмычки — лучшее, что там с тобой может случиться. Такие как Раптор порой держат рабов для самых разных целей. А мордочка у тебя смазливая…

Никто из сидящих у костра людей не засмеялся. Вим почувствовал, как краснеет до самых корней волос. Захотелось втащить этому лохматому просветителю по морде, да так, чтоб кверху пятками опрокинулся. А лучше его же гитару ему об голову разбить, чтоб не умничал.

— Остынь, парень, — вступил в разговор Чага. — Хома дело говорит. Он в этих краях уже давно промышляет, и знает, где тут что и почем. Дальний хутор — опасное место. По крайней мере, пока опыта не наберешься. А хочешь поскорей прочно на ноги встать, обратись к бугру — он в здании напротив бара обычно сидит — он и в команду тебя определит, и работенку на первое время подкинет. 

— Я подумаю, — выдавил из себя Вим и больше не проронил ни слова. 

Новая компания быстро разонравилась. Посидев для приличия пару минут, Вим попрощался и направился изучать окрестности лагеря. Он как-то быстро ушел в глубь болот и очнулся только когда сторожевые вышки перестали быть видны за густой пеленой тумана. Вим не почувствовал себя одиноким или потерянным. Скорее свободным. 

Безжалостной природе Зоны, в отличие от любого человеческого существа, не нужно лгать, не нужно сдерживать свои порывы и эмоции. Да она сама кого хочешь своими порывами со света сживет, если не знать, как себя вести. Вим знал. Он протоптал Зону не один месяц, прежде чем пришел к выводу, что простым собирательством здесь долго не прожить — почти все заработанное уходит на патроны и починку экипировки. А если хочешь со временем накопить на хорошую жизнь, стоит взяться за работу посложнее, чем поиск артефактов и охота на мелкую мутировавшую живность. За части тел мутантов хорошо платили, разве что, ученые. А у обычного торгаша за голову того же слепого пса, или даже кровососа, разве что бутылку водки с банкой тушенки выменяешь. 

Вот и решил податься в наемники. И не жалел об этом того момента, пока не увидел препарированного Чикатиллычем заживо человека. Для него это стало дикостью. Одно дело пулю в лоб пустить, или горло перерезать, быстро и максимально безболезненно, а другое — вот так вот издеваться ради каких-то там файлов, пускай и важных. Раньше Вим такое разве что в кино видел, и думал, что подобные методы давно ушли в прошлое. Есть же ведь всевозможные психологические приемы, «сыворотка правды», в конце концов! 

В Зоне он насмотрелся на всякое. Слышал даже, что некоторые из прячущихся в развалинах мутантов раньше были людьми, пока не подверглись жестоким экспериментам. В это он тоже до поры не верил, считая, что мутанты были выращены такими изначально, что называется, в пробирках, пока не увидел неподалеку от развалин завода «Янтарь» снорка, пытавшегося читать книгу. 

Вернее, сначала он увидел просто мутанта, всматривавшегося во что-то, лежащее на земле, и почесывающего когтистой пятерней макушку. Вим тогда не задумываясь убил снорка, а подойдя поближе увидел, что предметом, который он так тщательно изучал, была раскрытая книга. Страницы были испачканы в сукровице, сочившейся из пасти снорка, как будто бы он слюнявил пальцы в попытке их перелистывать. 

Тогда Вим не придал этому особого значения. Теперь же почему-то вспомнилось. Даже название книги всплыло: «Робинзон Крузо». Вторым откровением стал для него плачущий о своем сородиче бюрер. 

А ведь он и сам стал участником эксперимента над самим собой. В результате он должен превратиться в хладнокровного убийцу, такого как Чикатиллыч или Фрост, какой была Лиса, или погибнуть. После подписания контракта из клана так просто не уйти. А значит, придется привыкать. 

Вим усмехнулся последней мысли: ему не привыкать ко всему привыкать. Прямо каламбур получился! Сколько раз приходилось наступать самому себе на горло, чтобы добиться успехов в учебе и спорте. Сколько ночей он не доспал, уча бесполезную латынь, сколько раз травмировался на тренировках, растягивал связки, набивал синяки. И все это, чтобы какой-то бородатый хрен заявил, что он похож на гомика? Ну уж нет. И этот гитарист-поучала будет одним из последних, кого Вим пожалеет. Когда-нибудь. 

Побродив еще немного, он отыскал ровную поляну, окруженную густыми зарослями камыша, кустарника и низкими чахлыми деревьями. По развалу камней змеились синие молнии электры. Рядом побулькивала зеленая лужица «холодца».

— Идеально, — сказал сам себе Вим и скинул на землю рюкзак.

Он обошел поляну, проверяя ее детектором, и, не обнаружив ничего опасного, с наслаждением растянулся на сырой траве. Полюбовавшись низким серым небом, Вим встал, снял куртку и достал из ножен черный зазубренный нож — память о погибшей наставнице Лисе, покрутил на ладони, в который раз оценив балансировку, и завертелся по поляне в сложном комплексе боевых упражнений. Как порой бывает после долгого перерыва в тренировках, сначала тело не хотело слушаться. Он то и дело терял равновесие и сбивался с четкого ритма. В такие моменты он делал глубокий вдох, а потом начинал все заново. 

С четвертой или пятой попытки он исполнил весь комплекс без ошибок и разрешил себе выпить немного воды. Ветер больше не холодил, он скорее приятно освежал разгоряченную кожу на щеках, гладил голые кисти рук, играл в волосах. На время забыв обо всем, Вим почувствовал себя почти счастливым. Нож в руке показался ему священной реликвией, чем-то сродни царскому скипетру, символом власти. И что с того, что эта реликвия порой жаждала крови, чтобы потом поделиться силой со своим владельцем? Вчера он угостил нож кровью несчастного бюрера. И неизвестно, кто и когда станет его следующей жертвой. Быть может, это будет искомый Барсук, а может, и тот гитарист. Кто знает? А все-таки, Чик прав — у каждого есть свое кладбище, и никуда от этого не деться. 

Передохнув, Вим достал из вторых ножен, тех, что на голени, свое любимое танто, и принялся выполнять упражнения уже с ним. Потом он планировал потренироваться с метательными ножами, которые ждали своей очереди в боковом кармане штанов. 

Но планам Херувима не суждено было сбыться. После очередного кувырка с разворотом он замер, почувствовав чье-то присутствие. Через секунду на его спину прыгнула здоровенная чернобыльская псина и повалила его на землю вцепившись зубами в плечо. Наплевав на боль, Вим развернулся, полоснув пса по моде, и вонзил нож ему в горло. Не успел он стряхнуть с себя первого мутанта, как на него набросилось трое слепышей. Чернобылец, видимо, был у них за вожака. Вим откатился в сторону увернувшись от зубастых пастей и легко вскочил на ноги. Он даже не попытался пробиться в сторону, где лежал его «калаш». Зачем, если есть клинки, жаждущие крови?

— Ну что, Тузики, «мортал комбат»? — усмехнулся он и театрально повел кинжалом слева направо, как будто приглашал на бой. Но псы, разумеется, его жеста не увидели и не оценили. Они просто бросились на голос и запах крови.

Одному он молниеносным движением вспорол горло, второму пронзил шею чуть ли не насквозь, а третий с визгом покинул поле битвы, тем самым тоже потерпев поражение, но сохранив себе жизнь. 

Вим картинно поклонился воображаемой публике и направился к рюкзаку. Первым делом он снял с предохранителя автомат и пристроил его на коленях так, чтобы не терять лишние секунды на подготовку к выстрелу. Порывшись во внешнем кармане, он достал бинт и быстро замотал себе плечо поверх рукава — обработается позже, на базе. Сначала нужно сделать другое. Из потайного кармана куртки он извлек небольшой плоский футляр со шприцами, наполненными специальной противовирусной сывороткой. 

В бытность свою обычным сталкером он о таком даже мечтать не смел — слишком дорого. У наемников же набор таких препаратов входил в список предметов первой необходимости для любого бойца. Как известно, в слюне животных может содержаться любая гадость, начиная от обычных гнилостных бактерий, вызывающих сепсис, и заканчивая смертельными вирусами. 

Выдававшаяся наемникам сыворотка была адаптирована под местную фауну в зависимости от степени ее заразности. В набор входили препараты от укусов грызунов (крысы, тушканы), псовых (слепыш, чернобыльский пес, волк), человекообразных (снорки, зомби, бюреры) и отдельно от кровососа. «От псевдогиганта» производить препараты не имело смысла — после него и колоть-то некому. Каждый шприц был крупно и ярко подписан, чтобы даже ночью можно было разглядеть. 

Уколовшись, Вим громко зашипел от пронзившей плечо резкой боли. Видимо, разработчики мало позаботились о восприятии препарата пациентами, сделав упор на его эффективность. 

Когда немного отпустило, он поднялся на ноги, подошел к валявшейся на земле псине и задумчиво попинал ее. А ведь бармен вчера говорил что-то про шкуру чернобыльского пса. Почему бы и нет? Настроение снова поднялось. Проглотив пару таблеток обезболивающего, Вим принялся за дело. 

Уже через пару часов он был в «Млине» и торговался с барменом, требуя повысить предлагаемую сумму.

— Не, ну это ж не по правилам, братишка, — гнул свою линию бармен. — Сначала заказ берут, а уже потом выполняют. Там одна цена. А если ты просто шел и что-то нашел и приволок, цена совсем другая.

— Слушай, дядечка, ты нам вчера про заказ на шкуру пса говорил? Говорил. Вот, получи и распишись. И еще два хвоста сверху бонусом. Считай, что я заказ взял и выполнил. А нет, так пойду ее выброшу. Мне эта шкура нафиг не нужна.

— Погоди. Так и быть. Получай. Но чтобы это было в первый и последний раз. Как тебя?

— Пока никак. Мой друг не появлялся? Ну забинтованный. Он с тобой вчера кусками бюрера расплатился.

— А, этот. Не. Не появлялся.

— Ну ладно. И еще. Можно мне пару литров горячей воды?

Бармен что-то проворчал о «мажорствующих чистоплюях», но воду все же вскипятил. Вим бы и сам справился, но у него с собой не было даже элементарного котелка. Получив в свое распоряжение пышущий жаром закопчённый чайник, он направился к бочке с дождевой водой, разделся до пояса и принялся отмываться от засохшей крови. Укус на плече успел воспалиться, но особого беспокойства не доставлял. Кое-как вытершись, Вим промыл рану, залил ее йодом и принялся бинтоваться. За этим занятием его застал проходивший мимо Хома.

— Что, Ваня, боевое крещение прошел? Ну поздравляю.

— Спасибо.

— Кто?

— Чернобыльский пес.

— Неплохо. Вот теперь и сталкерское имя можно. И как же нам теперь тебя звать?

— Никак.

— Слушай, гордость — это, конечно, хорошо, но ты не боишься так Никаком и остаться?

— Не боюсь.

— Дело твое. Будет скучно, подходи к костру.

— Я подумаю.
Продолжение следует…
  • +10
У данной публикации еще нет комментариев. Хотите начать обсуждение?
Войдите, чтобы оставить комментарий.
Автор статьи

Angry Owl

Блогер старожил
Не макаю в чай печеньки
© Copyright 2018-2019. Все права на авторские материалы и публикации принадлежат их авторам. Не допускается полное или частичное копирование, распространение, передача третьим лицам, опубликование или иное использование материалов из Блога EgoCreo, иначе как с письменного разрешения соответствующих правообладателей.